Posted 7 июня, 06:13

Published 7 июня, 06:13

Modified 7 июня, 06:15

Updated 7 июня, 06:15

Месть от коммерсанта? Кто угрожал замминистра ЖКХ Ставрополья в ковидном деле

Месть от коммерсанта? Кто угрожал замминистра ЖКХ Ставрополья в ковидном деле

7 июня 2024, 06:13
Фото: 1MI
Месть от коммерсанта? Кто угрожал замминистра ЖКХ Ставрополья в ковидном деле
После годового молчания зам экс-министра ЖКХ Ставрополья Евгений Маслов рассказал, как собирался «криминальный квинтет» и зачем к нему на дачу приезжал один из участников мошенничества на 13 млн, передает корреспондент NewsTracker.

Ленинский районный суд продолжает рассматривать уголовное дело в отношении экс-министра ЖКХ Ставрополья Романа Марченко и его правой руки Евгения Маслова. Руководящий состав ведомства обвиняют в мошенничестве на 13 млн при дезобработке общественных территорий во время коронавируса. И если сам Роман Марченко с первых дней твердит о своей невиновности, с его заместителем Евгенией Масловым ситуация куда как интересней.

Чиновник до последнего хранил молчание, несмотря на то, что в показаниях всех троих основных свидетелей обвинения на первый план выходит именно его фигура. Когда якобы по поручению Марченко, именно Маслов скооперировал вокруг себя бизнесмена Олейникова, своего сотрудника Трутнева, главного подрядчика Богачеву, следя за всеми звеньями хищения: от завышенной цены на работы до выведения отката в офшоры и передачи денег министру.

Однако на судебного заседании Маслов все-таки решил рассказать свою версию событий и опровергнуть копящиеся вокруг «ковидного» дела слухи. Начал же с самого главного, как собралась «ОПГ».

О семейных узах и рабочих путах

По словам Маслова, в 2019 году с Сергеем Олейниковым его познакомил замминистра дорожного хозяйства Вячеслав Чабанова, представив как коммерсанта, занимавшегося поставкой различных товаров по Ставрополью и республикам СКФО. С тех пор они время от времени пересекались в разных компаниях, но отношения не перешли в разряд приятельских. Очередная встреча в конце апреля 2020 года тоже носила совершенно случайный характер.

Маслов стоял у ведомства со своим сотрудником Трутневым, когда мимо проезжал Олейников. Тот подошел поздороваться, и во время разговора как раз и узнал, что министерство ищет подрядчика на дезобработку территорий в 13 округах. К этому времени Трутневым уже были отправлены запросы в разные организации, чтобы узнать стоимость подобных работ. Кроме того, по поручению Маслова он связался с одним из постоянных подрядчиков администрации Ставрополя, пригласив на встречу. Однако, услышав об объеме работ, географии и сжатых сроках, директор ООО наотрез отказался от контракта, сославшись на нехватку штата и оборудования.

Пришлось ориентироваться на ответы предприятий, где как раз самую низкую стоимость и предложила директор ООО «Дездело» Богачева.

«Наше знакомство с ней состоялось 2 апреля, до этого мы ни разу не встречались. О том, что она моя дальняя родственница, я узнал, когда мы почти отработали первый контракт. Богачева поинтересовалась девичьей фамилией моей матери и сказала, что они с ней троюродные сестры. Я посоветовал поменьше трепаться языком об этой ситуации. А то худо будет нам обоим потом», — опроверг в зале суда Маслов показания родственницы, что цену ей продиктовали заранее.

Более того, по словам чиновника, изначально и сама Богачева пошла на попятную, передумав заключать контракт, но согласилась дать окончательное решение до 3 апреля. И как раз эту неопределенность они обсуждали с Трутневым, когда Олейников предложил, чтобы контракт заключили с ним.

«Когда я отказался, аргументировав, что нужны опытные исполнители и претендент уже есть, он попросил телефон Богачевой, чтобы договориться о сотрудничестве и поставках химии. На следующий день Богачева пришла ко мне в кабинет уже вместе с Олейниковым, сказав, что будет работать с ним. Туда же зашел и Трутнев», — объяснил чиновник, что, вопреки мнению следствия, это была рабочая встреча, а не шабаш заговорщиков.

О черном пакете и встречах на даче

Собственно после того, как все договоренности были достигнуты, на улицы края вышли «люди в белом». Как уверяет Маслов, видя, насколько жестко Богачева руководит своими сотрудниками и субподрядчиками, какое дорогое оборудование и дезсредства покупает, у него даже мысли не возникало, что работы могут не выполняться. Тем более, что к этому времени им лично уже была создана рабочая группа, куда поступали все фото и видео-отчеты с подписью глав.

Но если с рабочей обстановкой все было хорошо, то, как рассказывает Маслов, партнерские отношения между Олейниковым и Богачевой явно не заладились. Одна жаловалась, что «ваш Сережа требует очень много денег», другой — на истеричный характер Богачевой.

«Но я сказал, чтобы они свои процессы регулировали сами. Главное для нас было, чтобы они не сорвали сроки работ», — рассказывает Маслов об одной из встреч с Богачевой.

Тогда как сама директор ООО «Дездело» также во время допроса подтверждала, что встречалась с Масловым по финансовым вопросам. Но с маленькой оговоркой. Жаловалась подрядчица не на завышенные ценники, а на завышенную сумму отката по контракту. Впрочем, как настаивает Маслов, никаких денег он в глаза не видел. И показания Олейникова, что он завозил первые несколько миллионов в черном пакете на дачу Маслову, не соответствует действительности.

«Когда все контракты были выполнены, через какое-то время звонит мне Олейников и просит о срочной встрече. Я пригласил его в дом к своим родителям, они в это время ковырялись во дворе. Никакого черного пакета в руках с 5 и 10-тысячными купюрами у него не было. Он зашел, поздоровался со всеми, а потом рассказал о проблемах с подрядом в КЧР. Мол, поставил для регионального ГУПа мазут на 800 тысяч, но никто не расплатился. Спрашивал, нет ли знакомых в министерстве КЧР», — делится своей версией состоявшегося диалога Маслов.

Он уверяет, что потом их пути разошлись. Они не виделись, даже когда летом 2021 года пошли разговоры о том, что Богачеву проверяют сотрудники краевого ОБЭП, а Олейникова задержали по теме дезобработки. Будучи уверенными, что с контрактами все хорошо, ни он, ни Марченко даже представить не могли, что могут попасть под удар. Не екнуло ничего и когда сотрудники ФСБ пришли в министерство, чтобы опросить Трутнева.

«От них мы и узнали, что стоимость работ якобы завышена на 30%. Трутнев тоже был перепуган. Но мы все были уверены, что там ничего нет и для чиновника, учитывая прямые контракты с одним поставщиком, подобные проверки — нормальная история», — делится Маслов.

У кого зазвонил телефон?

«Ненормальной» же она стала в 2022 году.

«В феврале мне с незнакомого номера позвонил мужской голос. Это оказался Олейников, рассказавший, что его подозревают в махинациях по госконтракту. Я спросил, что они там намутили с Богачевой, он же ответил, что вектор расследования задан такой, чтобы сделать нас с Марченко тоже замешанными в этой теме. „Но не парься, мы держимся и докажем, что делали все хорошо“», — вспоминает свой разговор с Олейниковым Маслов.

Он уверяет, что собеседник на том конце провода стал жаловаться на острые финансовые проблемы, попросив, чтобы чиновник поговорил с министром насчет заключения контрактов с его фирмой.

«Я ответил категоричным отказом, на что прозвучало: „ смотри, потом не пожалей». Я подумал, что приступ больного человека», — поделился Маслов, что не воспринял угрозы всерьез.

Но уже 30 марта в кабинет зашли сотрудники ФСБ с обыском и все закрутилось.

"