Posted 4 января 06:03

Published 4 января 06:03

Modified 4 января 08:50

Updated 4 января 08:50

Шлепанцы возмездия: водитель скорой помощи в Ставрополе вернулся на работу через суд

4 января 2023, 06:03
Фото: 1MI
Вот уже четвертый год сотрудник Ставропольской станции скорой медицинской помощи через суд пытается доказать, что шлепанцы — это комфортная обувь для ног, а не источник повышенной опасности для населения, но получается с переменным успехом, передает корреспондент NewsTracker.

Официальной причиной увольнения Владимира Битова со станции скорой медицинской помощи стали шлепанцы, в которых водитель был на дежурстве. Мол, ничего личного, но столь явное попрание норм охраны труда должно караться суровыми методами, чтобы не создавать прецедент для других сотрудников. Однако есть и другая версия, о которой шепчутся в кулуарах, уверяя, что как раз личного в этой истории гораздо больше. И тапки здесь не элемент воспитания, а наглядная демонстрация, что бывает, когда идешь против системы.

«Адская» обувка для водителя

Черная кошка между руководством ГБУЗ СК «Ставропольская станция скорой медицинской помощи» и водителем учреждения пробежала после открытого письма медиков в адрес президента РФ. В нем активисты жаловались на неукомплектованность бригад, низкие оклады при жуткой перегрузке, отсутствие рабочей одежды и просили принять экстренные меры. После чего в учреждении проводилась даже прокурорская проверка, но перемен к лучшему практически не принесла. Врачи продолжили увольняться, а дисциплинарные взыскания и выговоры в адрес одного из зачинщиков послания, Владимира Битова, посыпались словно из рога изобилия.

«За последовавшие после письма полтора года я чуть ли не главным смутьяном коллектива стал. Когда и лишний километраж на спидометре приписывал, и диспетчерам хамил, на вызовы в конце рабочего дня ездить отказывался», — вспоминает Владимир, как готовил все новые объяснительные. Однако, несмотря на сложные отношения с начальством, увольняться не собирался.

Фото: 1MI

Очередная смена в ночь на 17 октября 2019 года изначально ничем не отличалась от иных. Ставрополец пришел, принял машину, надел специализированную обувь, которую станция скорой помощи все же закупила после жалобы сотрудников на отсутствие рабочей формы. Но если для фельдшеров и врачей это были хоть какие-то перемены к лучшему, для водителей требование носить кожаные туфли обернулось персональным кошмаром. Подошли закупленные модели далеко не каждому. Туфли сдавливали ноги, жесткий задник до волдырей растирал кожу, машиной в них управлять было крайне неудобно. Отчего Владимир до последнего тянул с переобуванием в начале смены, как и сразу после завершения дежурства старался нырнуть в привычные тапочки, чтобы дать покой гудящим ногам.

Собственно, о нелюбви Битова к «адской обувке» и том, что послерейсовый медосмотр он проходит исключительно в шлепанцах, на станции не знал разве что ленивый. Поэтому когда следующим утром в 09:10 к его машине подошла комиссия из трех человек и потребовала выйти из салона, подвоха ставрополец не заметил.

«Удивился, конечно, что они такие напряженные стоят, будто ждут чего-то, но мне скрывать было нечего, вот и выскочил из машины, в чем был. А у них чуть ли не ликование в глазах плещется. „Ты почему не в спецобуви?“ — спрашивают. Объясняю, что рабочее время десять минут назад как завершилось, вот и переобулся, но на меня уже докладную записку составляют», — рассказывает Битов, что предшествовало его увольнению от 8 ноября 2019 года и обращению в суд.

Фото: 1MI

Где далее последовали долгие разбирательства, в которых водитель уже трижды оспаривал законность своего увольнения, ссылаясь на рабочее расписание, по которому смена у него закончилась 17 октября ровно в 9 утра. Следовательно, дальнейшая «эксплуатация» специализированной обуви была не то, чтобы не обязательна, а вовсе запрещена. И составленный комиссией акт является недействительным, а увольнение за нарушение требований охраны труда — завышенной мерой наказания.

И больше суток длится день

С чем категорически не согласно руководство Ставропольской краевой клинической станции скорой медицинской помощи, озвучивая свою версию событий. Согласно которой, увольнение за туфли — это не что иное, как попытка уберечь пациентов и персонал медучреждения от катастрофических последствий подобной небрежности.

Ведь мороз по коже идет, стоит представить, что «работник мог оступиться, уронить пациента, сломать ему что-то». А потом еще «уколоться, получить термический или химический ожог и совершить ДТП», не скупилось руководство станции скорой помощи на обрисовку апокалипсиса, который сулили шлепанцы Битова.

Тут в пору инициаторам увольнения медаль за спасение людей в экстремальных обстоятельствах вручать, а приходится же по судебным заседаниям ходить и там объяснять, что рабочий день водителя скорой — понятие довольно растяжимое. И растягивается оно Положением об особенностях режима рабочего времени водителей автомобилей, разработанным Минтрансом РФ. Где черным по-белому написано, что в смену шоферов также включается время, требуемое водителю для прохождения медосмотра после возвращения на станцию. «А поскольку Битов прошел медобслуживание 17 октября не в 9:00, а в 09:26, следовательно, акт составлен в рабочее время, но в период сверхурочной работы», — упорствуют на станции скорой помощи.

Как и настаивают на том, что в шлепанцах ставрополец провел весь день. В доказательство чего приводят показания фельдшера, дежурившей с ним и видевшей в ту ночь на ногах коллеги именно тапочки, а не специализированную обувь. Следовательно, никаких ошибок нет.

Фото: 1MI

800 тысяч для водителя

Тем более, что последние могут обойтись бюджету учреждения в 800 тысяч рублей в  качестве компенсации сотруднику за три года вынужденного прогула. Но это если апелляционная жалоба станции скорой помощи в Краевой суд не будет поддержана и Фемида встанет на сторону водителя. Как это ранее делал Пятый кассационный суд, дважды отменяя прежние решения коллег, вынесенные в пользу медучреждения, и предлагая реально оценить обстоятельства того рокового дежурства.

К примеру, если нарушение было вечером и являлось столь серьезным, кто мешал руководству скорой отстранить водителя от работы незамедлительно, а не ждать утра, пока его смена закончится? И ненаглядное ли это доказательство тому, что тяжесть «преступления» кем-то серьезно преувеличена? Как и если речь все-таки идет о «сверхурочной» работе водителя, почему последняя никак не оплачена и нет ни одного приказа администрации учреждения о привлечении сотрудника к ней?

Вот такие три ключевых вопроса, отсутствие внятных ответов на которые уже позволило в сентябре 2022 года Битову выиграть судебный процесс. Тогда Ленинский районный суд признал приказ о расторжении трудового договора недействительным и взыскал с учреждения заработную зарплату для сотрудника за вынужденные прогулы. 

Но ставить точку в этой истории все же пока рано. Ведь несмотря на то, что Владимир вышел снова на работу, впереди обе стороны ждет кассация, где станция скорой помощи пытается опротестовать решение.