Цензура и дегенератство: коронавирус «перенес» культуру Ставрополья в прошлый век

Аналитика
Цензура и дегенератство: коронавирус «перенес» культуру Ставрополья в прошлый век
Цензура и дегенератство: коронавирус «перенес» культуру Ставрополья в прошлый век
25 июня 2020, 16:51Олег ДубровинФото: pixabay.com
Почти три месяца Ставропольский край находится в режиме самоизоляции, ограничения начинают снимать, но культурных мероприятий это не касается. Какие проблемы вскрыл коронавирус в культуре края – разбирался NewsTracker.

Анабиоз культуры

Ситуация с распространением коронавирусной инфекции COVID-19 в Ставропольском крае остается непростой, количество заболевших и умерших продолжает расти.

С конца марта в регионе были введены ограничения на передвижение людей, работу предприятий и учреждений, организацию массовых мероприятий.

Первые послабления режима самоизоляции на Ставрополье вступили в силу с 11 июня. В регионе возобновили свою работу непродовольственные магазины с площадью торговых залов не больше 400 квадратных метров. Также открылись летние террасы ресторанов и кафе, уличные заведения общепита, городские парки, в том числе в курортных городах. Сняты ограничения на посещения кладбищ.

При этом масочный режим в Ставропольском крае сохраняется. Также до сих пор запрещено работать кинотеатрам, музеям, бассейнам и библиотекам.

«Будет введен ряд других послаблений. Действие остальных мер предосторожности мы продлим до 1 июля, чтобы оценить воздействие на эпидобстановку первого этапа снятия ограничений», – ранее заявил глава края.

Фото:pixabay.com

В связи с этими событиями культурная жизнь в Ставрополе практически остановилась за исключением Интернета, многие артисты перенесли свою деятельность туда. Однако далеко не все могут позволить себе перейти в онлайн. Например, люди более старшего поколения попросту не умеют обращаться с компьютерной техникой, да и денег при небольших доходах не всегда хватает на покупку этой самой техники. Отдельно стоит отметить, что не все творческие люди могут работать в Интернете из-за специфики деятельности. Если музыкант при наличии хорошей аппаратуры может позволить себе сесть у камеры с инструментом или танцор исполнить танец, то провести презентацию картин тем же художникам сложно: средний монитор не в состоянии передать краски оригинала.

Также сложно приходится театрам, ведь собраться труппой хотя бы на репетицию без нарушения ограничений нельзя, не говоря уже о мероприятии с участием зрителей.

Ничто не заменит настоящую сцену

Художественный руководитель театра-студии «Слово» Евгений Пересыпкин отмечает, что на его работе ситуация отразилась и отразилась значительно. Тем не менее, артисты трудятся в онлайн-режиме.

«Закрыты все массовые мероприятия, а для театра публичное выступление является обычным и привычным форматом. Приглашать зрителей на выступления сейчас нет возможности, поэтому мы перешли на онлайн-мероприятия. За это время мы провели несколько событий в таком формате», – рассказал собеседник.

В Интернете пришлось провести и мероприятие, посвященное десятилетию со дня ухода из жизни основателя театра-студии «Слово» заслуженного артиста России Владимира Гурьева, и акцию в честь Дня Победы.

«Обычно мы проводили вечера памяти, собирали зал, но в этот раз сделали все онлайн. Также была подготовлена акция «Наследники Победы», в ходе которой наши участники читали прозу и стихотворения на военную тематику. Коронавирус заставил нас подумать над другими творческими формами и возможностями. Происходящее я расцениваю, прежде всего, как новый полезный опыт», – отметил Пересыпкин

В данный момент труппа работает над новым спектаклем.

«Сейчас идет работа, мы готовим онлайн-спектакль, я пишу сценарий. Репетиции с актерами также будут проходить онлайн, так как репетиция – тоже массовое мероприятие. При этом сам спектакль готовится для площадки, для сцены, так что как только все закончится – мы его покажем и вживую», – сообщил руководитель «Слова».

Театр-студия «Слово»
Фото:vk.com/slovo26

Одновременно он подчеркивает, что живое общение зрителя с актерами ничего не заменит, оно бесценно.

«Без сомнения, в онлайне качество спектакля теряется, ведь театр – это взаимодействие зрителя и актера, «взаимоподпитка». Актер чувствует «энергию» зрителя, зритель получает ее от актера, поэтому онлайн-формат для нас не совсем привычен и это сказывается на репетициях. В отличие от кино, где можно переиграть кадр на камеру, у нас «дублей» быть не может, но при этом вызвать эмоции у зрителей, думаю, можно и в таком формате. Надеемся, что коронавирус закончится и мы сможем вернуться к обычному формату. В московских театрах уже начались репетиции офлайн, надеемся, что и у нас скоро тоже все будет хорошо», – надеется Пересыпкин.

Из минусов он отметил срыв спектаклей, которые отменили введением режима самоизоляции, а из плюсов – новые способы заработка.

«Все театры сейчас столкнулись с тем, что спектакли, в том числе и премьеры, которые готовились к выходу до объявления ограничительных мер, придется готовить заново, потому что время влияет губительно. Говоря о коллегах, отмечу, что сейчас многие зарабатывают онлайн-тренингами по актерскому мастерству, ораторскому искусству. Некоторые выкладывают спектакли и просят поддержать театр, перевести кто сколько может. Это хорошая практика, но некоторые коллеги по цеху не одобрили такой ход», – поделился мнением собеседник.

Коронавирус вскрыл больной нарыв

По словам сотрудника министерства культуры Ставропольского края, пожелавшего остаться анонимным, любая беда бьет в больные места, а самое больное место – техническое оснащение культуры.

«Для нормальных качественных онлайн-мероприятий необходим определенный уровень соответствующих технических средств в учреждениях культуры, которого нет. Это касается и инструментов для съемки, и инструментов для качественной фиксации и передачи звука, и всего необходимого для монтажа, включая элементарное вроде приличного компьютера, способного это потянуть. А все у нас на уровне «тяп-ляп», то есть раз в пару месяцев что-то можно провести с выкладыванием в Интернет, но люди сразу обратят внимание на «отличное» качество», – рассказывает эксперт.

В Ставропольском крае достойно себя могут показать лишь те учреждения, куда вкладываются личные ресурсы энтузиастов.

«Исключение составляют лишь немногие коллективы, частники которых безвозмездно вкладывают свое личное время и средства в культуру. И если такое происходит по Ставрополю и некоторым городам КМВ, то о культуре на местах говорить и вовсе страшно», – отмечает источник.

При этом учреждения «с регалиями» совершенно несостоятельны.

«Чем они сейчас занимаются? Куда тратили и тратят даже в нынешних условиях деньги из государственного, краевого и местных бюджетов, которые могли бы быть потрачены на техническое оснащение культуры? На «самое-самое»: «самый большой флаг улетел в небо», «самые большие цифры из людей выстроили» и так далее. А на каждый флаг, каждый шар, каждый костюм, который на такое построение надевается, тратятся и списываются деньги», – отмечает работник министерства.

В итоге люди откровенно смеются над тем, что происходит.

Фото:vk.com/26stav

«Вместо воспитания талантов мы предпочитаем фонограмму, ведь когда на торжественном мероприятии идет губернатор, то нужно, чтобы сопроводительная музыка и песня не сбились. И это не указ губернатора, который явно не должен заниматься этими вопросами, а откровенное лакейство культурного сектора. А «полный плюс» порождает дегенератов в культуре: ни вокалисты, ни музыканты, ни звукорежиссер ничего не делают, не развиваются, не поддерживают даже текущий уровень», – говорит о наболевшем собеседник.

И при режиме самоизоляции все это вышло наружу.

«Если бы выступления были «живыми», то и при не очень качественной аппаратуре, люди хотя бы получали эмоции. Но кто будет смотреть в Интернете, как очередной исполнитель «под фанеру» поет очередную песню про любовь к Ставропольскому краю? Кому это интересно?», – задается вопросом эксперт.

В регионе есть отличные музыканты, хореографы, поэты, но официозные ограничения ставят их в тупик.

«Если и дают денег на сборник или запись, то только «на заданную тему». То есть вместо любви и других чувств и мыслей, которые знакомы всем людям, поэтов вынуждают писать про «кукушек, пролетающих над Изобильным». Кстати, за все время режима самоизоляции никто не устраивал чтения вот этих сборников, которые уже вышли и на которые были потрачены деньги и не пел песни о Ставрополье онлайн», – напомнил эксперт.

При наличии серьезных талантов в Ставрополе Минкульт мог бы организовать онлайн-концерты, но ничего этого не произошло.

«У нас есть гениальный молодой артист Юрий Полежаев, человек мирового уровня, но он сидит на юге Ставрополя и не интересует руководство, уж аппаратуры на одного хватило бы. Или замечательный этно-музыкант Владимир Гуськов, который за руку здоровается с именитыми музыкантами Москвы и Санкт-Петербурга – он тоже никому в руководстве не интересен. Министерство как в докризисное время предпочитало выступления казачьих ансамблей и пускание флагов, а не самобытных артистов, так и сейчас не может под своей эгидой организовать онлайн-трансляции вот таких ставропольских самородков», – указал источник.

Он напоминает, что при Брежневе и Андропове были списки песен, которые нельзя исполнять артистам, а теперь еще хуже – появились списки песен, которые нужно исполнять. В итоге на самоизоляции культура на Ставрополье, за редким исключением энтузиастов, «впала в анабиоз».

«Нельзя проводить массовые пропагандистские мероприятия, значит, фактически, показывать нечего. Вести детские секции онлайн – тоже нельзя по причине, опять-таки, аппаратуры. Проблем много, но у нас их попросту не осознают, те же, кто все понимает, предпочитает молчать, боясь за место. Есть интересные вещи, какие-то находки отдельных индивидуумов и коллективов, но показывать их негде, некому и не на чем – в тех же соцсетях на них смотрят только родственники и друзья. И надежды уже нет: если той же аппаратурой не обеспечили в «тучные годы», то сейчас ее не будет тем более», – подвел итог собеседник.

Нашли опечатку в тексте? Выделите её и нажмите ctrl+enter