Ликвидация социальной реабилитации наркозависимых: какое будущее ждет СКФО и ЮФО
Аналитика

Ликвидация социальной реабилитации наркозависимых: какое будущее ждет СКФО и ЮФО

5 марта , 10:32Photo: Медиахолдинг1Mi
Согласно проекту Стратегии государственной антинаркотической политики РФ на период до 2030 года борьба с наркозависимостью становится только уделом медиков. Насколько этот шаг взвешен – разбирался NewsTracker.

Скандальная Стратегия

Министерство внутренних дел Российской Федерации опубликовало проект Стратегии государственной антинаркотической политики Российской Федерации на период до 2030 года (далее – Стратегия). Депутат Думы Ставропольского края Николай Новопашин изучил его и считает, что нужно проработать ряд спорных вопросов, которые могут снизить его результативность и помешать достижению поставленных целей.

«В пункте 4 Стратегии закреплены основные понятия, используемые в тексте документа, и устанавливаются две основные постлечебные стадии помощи наркозависимым: «медицинская реабилитация наркопотребителей» и «ресоциализация наркопотребителей». Не учтена и полностью исключена такая ключевая составляющая выздоровления, как «социальная реабилитация наркопотребителей» – основное звено, гарантирующее длительную ремиссию наркопотребителей. Это прямо противоречит указанию президента РФ от 12 октября 2019 года № Пр-2095 федеральному правительству РФ, в соответствии с которым правительству поручено в срок до 1 июня 2020 года определить федеральный орган исполнительной власти, наделенный полномочиями по созданию и развитию сети организаций социальной реабилитации больных наркоманией», – рассказал депутат.

По его словам, указанная в тексте «медицинская реабилитация» является самостоятельной по отношению к социальной, имеет свои задачи, свой значительно более короткий срок прохождения и не имеет такого доказанного числа устойчивых ремиссий, как социальная.

Photo:Медиахолдинг1Mi

«Видится необходимым закрепление в тексте документа самого понятия социальной реабилитации, а также детальное закрепление гарантий ее прохождения и поддержки на государственном уровне», – уверен Новопашин.

Более того, с учетом практики, сложившейся в регионах, запросов на социальную реабилитацию у граждан Российской Федерации, нужно выделить как одну из первоочередных задач на ближайшее время - установление единых требований для организаций всех форм собственности, осуществляющих такую реабилитацию.

«Необходимо закрепление всей нормативной базы, регулирующей деятельность, включая требования к помещениям, оборудованию, квалификации сотрудников, реабилитационным программам, требованиям организационно-правового характера. Введение данных требований позволит обеспечить недопущение деятельности реабилитационных центров, не соответствующих установленным положениям и прямо несущим угрозу жизни и здоровью граждан», – отметил собеседник.

Согласно его данным, только по Югу России в центрах социальной реабилитации находятся более тысячи человек, с которыми ежедневно работают специалисты и персонал.

«Исключая понятие социальной реабилитации, мы оставим этих людей без помощи в борьбе с зависимостью, а персонал без места работы, что приведет к общественному недовольству, а возможно, к ухудшению наркоситуации. Ведь оказавшись на улице, люди, не прошедшие полный курс реабилитации, снова начнут употреблять, втягивать окружающих, создавать спрос на наркотические вещества, вместе с которым появится и предложение», – считает парламентарий.

Председатель совета Межрегиональной общественной организации «Здоровое поколение Кавказа» Денис Черняев указывает, что в свете исключения из Стратегии такой важнейшей стадии избавления от зависимостей как «социальная реабилитация» авторы закрепляют особое указание на сохранение самостоятельной государственной наркологической службы, в том числе совершенствование ее материально-технической базы и поддержание деятельности медицинских реабилитационных центров.

«А ведь многие организации, вошедшие в Альянс реабилитационных центров Юга России, без государственной поддержки и финансирования создали свои центры, которые сегодня помогают сотням людей. Таким образом, государство откажется от наиболее экономически выгодной созданной системы негосударственных социальных реабилитационных центров, не имеющих финансирование из бюджета, и исключат ее поддержку на государственном уровне, которая обойдется гораздо меньшими вливаниями бюджета, чем поддержка медицинской реабилитации и ее пациентов на долгосрочном лечении», – напомнил Черняев.

Он указал, что медицинские учреждения частной формы собственности имеют зачастую более широкий функционал, более современное оборудование (нежели иная муниципальная или государственная клиника), но оказываются исключены из системы оказания медицинской помощи на каком-либо из ее этапов, даже обладая государственной лицензией.

Врачи за смешанную реабилитацию

Заместитель главного врача Ставропольского краевого клинического наркологического диспансера Ирина Березуцкая отметила, что наркомания – это достаточно серьезная болезнь и при лечении таких пациентов должна соблюдаться этапность лечения.

«Когда человек употребляет наркотики, он должен сначала пройти стационарное лечение в наркологических учреждениях для снятия интоксикации, снятия абстинентного синдрома. Также с пациентами начинают работать психологи, а также лица, находящиеся на этапе выздоровления, находящиеся в реабилитационных центрах. Это могут быть как государственные центры, например, Пятигорский, так и ребята, которые находятся в центрах социальной реабилитации, организованных самостоятельными энтузиастами», – рассказала врач.

Она указала, что социальная реабилитация является одним из этапов выздоровления.

Photo:pexels.com

«На стационарном этапе начинают работать психологи, мотивировать наших пациентов на прохождение дальнейшей реабилитации, а после поступления в центры пациенты продолжают наблюдаться у врача-нарколога, то есть наблюдаются всесторонне. Процент ремиссии среди лиц, проходящих реабилитацию в центрах, в разы больше: по данным, например, центра РОО «Здоровое Ставрополье», он фактически дает 80% ремиссии в течение первого года. Его пациенты наблюдаются и у нас, мы действительно видим, что эти данные приблизительно соответствуют действительности», – сообщила Березуцкая.

По ее словам, уровень специалистов Центров постоянно растет.

«Что касается их уровня подготовки, то в последние годы они очень хорошо выросли в профессиональном плане: у них есть в штате обученные психологи и социальные работники. В некоторых центрах практикуется сочетание лечения с религиозным обучением, что, безусловно, способствует излечению. Это связано с тем, что на этапе реабилитации идет работа с личностью пациента и привлечение религии может сыграть значительную роль для исправления ситуации», – поделилась мнением врач.

Сочетание медицинской и социальной реабилитации – ключ к успеху

Клинический психолог, руководитель краснодарского реабилитационного центра «Решение» Сергей Кувшинов отмечает, что социальная реабилитация обязательно нужна.

«В свете такой редакции Стратегии реабилитационному сообществу необходимо объединить свои усилия и занять заслуженное место в цепочке борьбы с наркозависимостью, с этой целью негосударственными организациями, занятыми в сфере социальной реабилитации, создан Альянс реабилитационных центров Юга России. Дело в том, что медицина проводит лишь детоксикацию и переводит человека в нормальное физическое состояние, снимая острый абстинентный синдром, но человек, выходя из больницы, сталкивается с трудностями социального характера. Это его мышление, его семья, его работа, его досуг, везде он сталкивается с трудностями, которые он не приспособлен решать. Поэтому его нужно учить тем социальным навыкам, которые ему необходимы – именно этим мы и занимаемся в центрах реабилитации.», – рассказал эксперт.

Отсутствие таких центров в Стратегии – серьезная ошибка.

«Внутри центра реабилитации создается микросоциум, который помогает пациентам развиваться. Также идет восстановление системы ценностей, ведь семья и работа у наркомана уходят на второй план, то есть им по-новому необходимо прививать эту систему, изменить их иерархию потребностей. И ликвидация центров не позволит проводить эту важную работу, фактически сводя на нет усилия врачей, решивших проблему физического состояния, но не решивших – социального» – подчеркнул Кувшинов.

Руководитель реабилитационного центра «Шанс» Махачкала Мухаммад Фетисов сообщил, что в столице Дагестана сейчас около 30 реабилитационных центров.

«Они используют так называемую систему «12 шагов», по которой по всему миру выздоравливают тысячи людей, наш центр тоже ее использует, однако мы постоянно стараемся внедрять определенные инновации, например, различные психологические методики: это, например, и когнитивная психология, и клинические психологи, и гештальт-терапия. Необходимо оказывать комплексную помощь в проблеме зависимости, поэтому в центрах используется и спортивная ресоциализация, и, при необходимости, духовная. Обмен опытом и практикой внутри реабилитационного сообщества происходит постоянно. Например, на первом съезде организаций, включенных в состав Альянса реабилитационных центров Юга России, в Ростове-на-Дону десятки центров выступали с презентациями результатов деятельности своих реабилитационных программ. Это важно потому, что на месте стоять нельзя, так как каждый день виды и формы наркотиков меняются, постоянно появляются новые, «дизайнерские» наркотики», – сообщил специалист.

Он также согласен, что одной медициной ничего не добьешься.

Photo:pexels.com

«На западе «берут в оборот» всю семью зависимого человека и работают с каждым ее членом. А у нас просто взяли – и не внесли социальную реабилитацию в проект Стратегии. Если бы все проблемы решались медикаментозно, то можно было бы всей стране дать по таблетке и решить проблему наркомании и алкоголизма навсегда, но наркотик оставляет отпечаток на структуре личности и бороться нужно еще и с этим», – уверен Фетисов.

Отсутствие центров социальной реабилитации зависимых в конечной редакции Стратегии может привести и к более непоправимым последствиям.

«В случае принятия Стратегии в нынешнем виде без реабилитационных центров, безусловно, возрастет количество наркоманов и что еще более страшно – произойдет ухудшение криминогенной обстановки. Вы представляете, что будет, если одновременно выпустить всех наркозависимых из, например, 30 махачкалинских центров? Будет страшно детей в школу выпускать. Плюс ко всему, центры – это налогоплательщики, предоставляющие работу другим налогоплательщикам, в небольшом центре обычно работает от 4 до 8 человек и все они останутся без работы», – подчеркнул Фетисов.

Председатель общественной организации «Страна против наркотиков» руководитель проекта «Решение» Вадим Шипилов, сражающийся с наркоманией в Ростовской области, говорит о важности реабилитационных центров для спасения семей.

Photo:pexels.com

«Центры зачастую занимаются наркоманами уже в поздней стадии развития заболевания, то есть людьми, от которых отказались все – это совершенно асоциальные элементы, часто преступные, с семьей, которая находится в безнадежном состоянии, которая тоже болеет, это явление называется созависимость. Благодаря людям, работающим в социальной реабилитации, тысячи ребят, у которых не было надежды, все-таки обретают трезвость, их семьи восстанавливаются. А тысячи организаций, которые помогают десяткам тысяч людей, их просто вычеркнули из стратегии, их развитие до 30-го года, хотя могли бы, наоборот помочь, защитить, прописать регламенты, сделать частью комплексного лечения, об этом я говорил и в своем докладе на втором заседании «круглого стола» Альянса реабилитационных центров Юга России в Пятигорске», – рассказал Шипилов.

Корни существующего подхода тянутся к СССР, от которого РФ унаследовала «психиатрическую» модель лечения зависимости.

«Было плановое хозяйство, с алкоголиками и наркоманами был тот же подход: кому поручить? Минздраву. По симптоматике похоже на психиатрию, пишем «психиатр». Получаем профессию «психиатр-нарколог», хотя нигде в мире нет такой. И на десятки лет уходим в полное заблуждение, психиатрическую модель лечения. За десятки лет нет никаких результатов», – рассказал эксперт.

По его словам, зависимость – это не проблема веществ.

«Это проблема невыносимости для человека оставаться трезвым, в результате чего он продолжает употреблять, уходить от реальности. А выяснить, почему он уходит и решить это – этим и нужно заниматься долгое время, это и есть программа выздоровления», – сообщил Шипилов.

Photo:wikimedia.org

Председатель правления ставропольской региональной общественной организации «Здоровое Ставрополье» Гурген Калустьянц также рассказывает, что полная реабилитация подразумевает несколько этапов: это медицинская реабилитация, Минздрав, государственные и частные клиники, больницы, наркология и прочие. И есть услуга социальной реабилитации, то есть непосредственно то, чем занимаются реабилитационные центры. И сейчас в Стратегии упустили социальную реабилитацию.

«Раньше, когда была наркология, было до 3% выздоравливающих, так как в государственных наркологических центрах нет того ресурса, консультантов, сотрудников, а сегодня любая общественная организация более гибко может реагировать на какие-то запросы общества. Общественные организации имеют больше возможностей, потому что они заинтересованы в том, чтобы у них были люди, которые выздоравливают, у них есть определенные технологии, причем работа ведется в рамках законодательства, но более гибко», – рассказал Калустьянц.

Он считает, что нужно не запрещать реабилитационные центры, а сделать так, чтобы они стали максимально легальными.

«Сегодня у государства одна задача – не запрещать, а сделать так, чтобы они были в правовом поле, чтобы было понятно их налогообложение, условия работы, что там есть специалисты, что они не нарушают законодательство. Если они решат этот вопрос, то будет меньше центров, которые неадекватно подходят к этому вопросу. Улучшится налогообложение за счет поступления средств через налоги государства. Государству надо помогать этим центрам, а если они будут идти путем запрещения, то часть этих центров уйдет в подполье, кто-то закроется, на выходе будет потеряна эффективность этой всей работы», – подчеркнул собеседник.

По его словам, нужно понимать, что за каждым зависимым стоят судьбы их близких, соседей, коллег, всех задействованных окружающих.

Photo:pexels.com

«Это не беда одного человека, вокруг зависимого формируется больная ячейка общества, где страдают все. Мы готовы протянуть руку и помочь, готовы выполнять социальный заказ, быстро и эффективно реагировать на вызовы общества. Реабилитационное сообщество взволновано таким проектом Стратегии, и от лица Альянса реабилитационных центров Юга России нами подготовлены обращения с предложениями на имена президента РФ Владимира Путина, председателя Государственной Думы Вячеслава Володина, спикера Совета Федерации Валентины Матвиенко, председателя ГАК Владимира Колокольцева», – рассказал собеседник.

Он считает, что за отсутствием в Стратегии социальной реабилитации может стоять лоббирование определенных интересов.

Сегодня есть негласное лоббирование, есть огромный медицинский бюджет, который надо осваивать, но, если вы зайдете в наркологию, увидите, что она пустует, что явно не устраивает лоббистов. Не удивлюсь, если такими темпами мы вернемся к заместительной терапии, когда наркоманов ставят на учет, чтобы легально давать им наркотики и контролировать употребление. Таким способом снижается преступность, но у человека пропадают все шансы на выздоровление», – поделился мнением председатель «Здорового Ставрополья».

Found a typo in the text? Select it and press ctrl + enter