17 января, Вторник
16+


Анна Ковалева
Анна Ковалева Глава организации инвалидов «Вольница»
Интервью

Учителя брезгуют обучением инвалидов

Три года подряд министерство образования Ставропольского края получает примерно по 30 миллионов рублей на образование детей-инвалидов, но пока обучается только треть из них. О том, почему инвалидам важно учиться со здоровыми сверстниками и почему это так сложно устроить, NewsTracker рассказал председатель правления ставропольской городской общественной организации инвалидов «Вольница» Анна Ковалева.

Сколько в крае школ, которые предлагают инклюзивное обучение?

С 1 сентября каждая школа должна заниматься инклюзивным обучением. Такие новые стандарты ввели в федеральный закон об образовании. В каждой школе должны создавать условия для образования детей с любой формой и тяжестью инвалидности.

Но это по закону. По моему опыту и отзывам родителей, инклюзивное образование в крае не развито. В Ставрополе инклюзивное обучение только в 9, 21 и 35 школах. Если в №21 и №35 учителя уже 16 лет этим занимаются (с 2000 года), то в школе №9 пока действуют методом проб и ошибок.

По краю у меня данных нет. Но, если родители из Кавминвод даже сейчас не могут отдать детей в школу при изменениях в законе об образовании, то думаю, кроме Ставрополя, это образование не сильно внедрялось. По данным краевого министерства образования, на Ставрополье действует 25 спецшкол для детей-инвалидов, 283 школы с инклюзивным обучением и еще в 393 школах инвалиды учатся в отдельных коррекционных классах.

4122039_1_inklusion.jpg

Фото: nedugamnet.ru

Чем такая практика полезна для детей?

Для детей с инвалидностью — это включение в социум, обогащение жизненного опыта, развитие и мотивация к дальнейшей жизни.

Для здоровых детей — это развитие толерантного отношения, развитие гуманизма вообще, сострадания, отзывчивости и понимания, что дети с инвалидностью — такие же дети, причем многие из них талантливы. Плюс, развитие лидерских качеств. Многие здоровые дети опекают ребенка с инвалидностью, тем самым развивают в себе лидерские качества. И вообще они добрее становятся к своим же родителям, бабушкам, дедушкам.

Есть и отрицательные моменты. Ребенок с инвалидностью не всегда успевает усваивать программу. Он может тянуть класс назад, но для этого сейчас и вводится такая специальность как тьютор (или ассистент). Если у ребенка снижен интеллект или нарушено поведение, то и программа должна немножко отличаться, и подход к нему должен быть другой.

Обладают ли учителя необходимыми навыками или обязательно нужен тьютор?

Тьюторы или помощники обязательно нужны. К примеру, есть дети на инвалидных колясках с ДЦП или спинальники. У них интеллект полностью сохранен, а моторика не работает. Здесь и нужен помощник, который будет доставать тетрадку, включать компьютер, переводить из кабинета в кабинет. Тьютор нужен и ребенку с нарушением поведения, чтобы сдерживать его, потихонечку объяснять то, что он не услышал. То есть тьютор здесь дублирует слова и действия учителя. Одному учителю это сложно.

maxresdefault_9aed4.jpg

Фото: educatee.ru

В одной нашей школе был случай, когда приняли неплохих по интеллекту деток, но они не справились с обучением, потому что школа была не готова их принять. Они только в первом классе смогли учиться. Там была индивидуальная и общая форма обучения, но в итоге родителей попросили забрать этих детей, потому что они якобы не справляются. И дети перешли в 9 школу. Конечно, родители были очень обижены, дети тоже были в истерике, что их «дураками» назвали.

То есть почти все школы не готовы. Исключением являются 21 и 35 школа, потому что они 16 лет работают, занимают первые места на всероссийских конкурсах как инклюзивные школы. Но их опыт не перенимается.

Чтобы учителя были готовы, их, наверное, должны обучать.

Наверняка какие-то курсы проводят. Но чиновники и преподаватели, которые их ведут, они не практики, они не работают с детьми-инвалидами, они их не знают. Они просто пересказывают учителям то, что написано в учебнике, а жизни они сами не знают.

Здесь должно быть взаимодействие с родителями, общественными организациями, с практиками, чтобы не профессора читали эти лекции. Это я знаю по собственному опыту. Если смотреть только на документы моего ребенка, то он необучаемый, но мы все-таки учимся в коррекционной школе на четверки и тройки. То есть нужно практическое взаимодействие между инвалидами, родителями и учителями.

russia0914_coverimage.jpg

Фото: Gordon Welters/ laif / Redux

Мы одно время проводили уроки доброты — сами молодые люди с инвалидностями приходили в школы, рассказывали. Но у нас не хватило финансирования. Ребята с инвалидностями получали небольшую зарплату. Сейчас они уже выросли, у многих семьи, дети. Если бы это как-то финансировалось, эту кампанию можно было бы дальше развивать.

Сами родители ходили с лекциями по школам. Сейчас это уже не очень востребовано, потому что сейчас инклюзивное образование распространяется на все школы. А мы с 2008 по 2012 год ходили — сами рассказывали учителям, что такое инклюзивное образование. Сейчас это рассказывают профессора, ученые. В нас они сильно не нуждаются, хотя пробел у них очень серьезный. Учителя как были не готовы работать с детьми-инвалидами, так морально многие и не готовы. Им то их жалко, то они брезгуют, то они не видят развития.

«Вольница» с 2000 года эту тему продвигала вместе с Политехническим институтом. Потом институты отказались, «Вольница» сама работала. Сейчас СКФУ на уровне высшего образования продвигает инклюзивное образование. То есть работа в крае как бы ведется, нельзя сказать, что ничего не делается. Но это только в Ставрополе. В крае очень многие дети сидят дома, не обучаются.  (По данным краевого Минобра, в 2016 году обучение работе с детьми-инвалидами прошли 250 учителей. К 2021 году министерство планирует обучить всего 900 учителей).

wozek_inwalidzki_dziewczyna_pokoj_smutek_depresja_shutterstock_142048315_02.jpg

Фото: shutterstock.com

Сколько всего в крае детей-инвалидов на инклюзивном обучении? 

В Ставрополе в 2012-2013 году была 1 тысяча детей с инвалидностью, из них примерно 300 детей находились дома, не обучались. Еще примерно треть была на надомном образовании. Остальные — в школах и детсадах.

Сейчас не обучаются только в крайнем случае, если сильно тяжелые. Ставропольские дети все учатся, кто может. В обучении не отказывают.  (По данным регионального Минобра, на 1 сентября 2016 года в Ставропольском крае проживает 9 тысяч детей-инвалидов. Только 4,5 тысячи из них изучают государственную образовательную программу).

Какие требования должны быть выполнены в школах, чтобы они готовы были принять таких детей?

Это создание хотя бы минимальной доступной среды, если мы берем детей с нарушением зрения и опорно-двигательного аппарата. Должен быть доступен хотя бы первый этаж и туалеты. Нужно, чтобы учителя хотя бы знали, где взять соответствующую литературу. То есть при управлении образования должен быть методический центр по инклюзивному образованию, чтобы учителя могли за короткое время подготовиться, увидеть характеристику заболевания, изучить методику, как работать с данным ребенком.

Но даже это, в принципе,мелочи. Главное, что дети и учителя должны быть морально готовы работать с инвалидами. В остальном, профессионализм у наших учителей высокий, они смогут работать. Если окружающие будут готовы работать, тогда и дети справятся.

217.jpg

Фото: shkolabuduschego.ru

Как родители обходятся без тьюторов? Сами ходят с детьми в школу? 

Да, в 21 и 33 школе практически всех родители сопровождают. Как мне в Минобре объясняли всегда, Минфин не пропускает, не понимает эти ставки. Поэтому у нас официально только один тьютор в 19 школе. Сейчас взяли тьютора в какой-то детский сад. Остальные родители нанимают нянек либо сами сидят с детьми, привозят их, помогают им в школах. Но они выступают как помощники, а не как тьюторы. У тьюторов должно быть педагогическое образование.

С какими препятствиями сталкиваются дети-инвалиды в образовательном процессе?

Учебники не адаптированы — они очень часто скучные, с мелким шрифтом. Все-таки книги должны быть адаптированы под каждую категорию деток. Плохо организованные рабочие места. Нужно, чтобы ребенок сидел рядом с учителем или тьютором, чтобы тот мог в любую минуту помочь. Но мы в образовательном процессе не сталкивались с серьезными проблемами.

До сих пор не улажены споры насчет того, нужно ли инклюзивное образование или лучше инвалидов обучать в коррекционных школах. Вы как считаете?

Конечно, нужно инклюзивное образование, нельзя просто взять и засунуть детей-инвалидов в одну школу. Взять даже нашу коррекционную школу. Они живут в своем социуме, в окружении себе подобных. У них нет более ярких примеров, в каком направлении развиваться. Потом, когда эти дети вырастают в 16-18 лет, они не умеют адекватно себя вести со здоровыми людьми, со взрослыми. Они считают, что все такие, как и они. Нужно понимание, куда ребенок должен стремиться, нужна точка роста. А закрыть их в спецшколах, значит, опять создать им тепличные условия.

Здоровые люди будут так же не готовы жить, сотрудничать и общаться с инвалидами, потому что они тоже в детстве считали, что инвалиды должны быть закрыты в спецучреждениях. Опять же, для инвалидов не будет трудоустройства. Сейчас ведь тоже работодатели не готовы создавать рабочие места для людей с инвалидностью. Если школы сейчас более или менее повернулись к детям, их закон заставил, то работодателей закон заставить не может.

16:58   14 октября 2016
0 0 0 0 0 0

Lentainform

Загрузка...

БОЛЬШЕ ПО ТЕМЕ

Учителя брезгуют обучением инвалидов
"Бизнес в России в состоянии анабиоза"
"Бюджет Ставрополя стрессоустойчив"
"Ставрополь мог объединить Европу и Азию"

ИНТЕРВЬЮ
Взятки «подешевели», но участились на Ставрополье
Игорь Иванов
Игорь Иванов и.о. главы СУ СКР по Ставропольскому краю
Потерю налога на прибыль заглушили алкоголем на Ставрополье
Лариса Калинченко
Лариса Калинченко Глава Минфина Ставрополья